PCEtLVN0aWNreSBMZWZ0LS0+DQoNCjxzdHlsZSA+DQouZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzQgeyB3aWR0aDogMTYwcHg7IGhlaWdodDogNjAwcHg7IHBvc2l0aW9uOmZpeGVkOyBsZWZ0OjA7IH0NCkBtZWRpYShtaW4td2lkdGg6IDEzNDBweCkgeyAuZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzQgeyB3aWR0aDogMTYwcHg7IGhlaWdodDogNjAwcHg7ICBwb3NpdGlvbjpmaXhlZDsgbGVmdDowO319DQpAbWVkaWEobWluLXdpZHRoOiAxNTAwcHgpIHsgLmV4YW1wbGVfcmVzcG9uc2l2ZV80IHsgd2lkdGg6IDI0MHB4OyBoZWlnaHQ6IDYwMHB4OyAgcG9zaXRpb246Zml4ZWQ7IGxlZnQ6MDt9fQ0KQG1lZGlhKG1pbi13aWR0aDogMTYyMHB4KSB7IC5leGFtcGxlX3Jlc3BvbnNpdmVfNCB7IHdpZHRoOiAzMDBweDsgaGVpZ2h0OiA2MDBweDsgIHBvc2l0aW9uOmZpeGVkOyBsZWZ0OjA7fX0NCjwvc3R5bGU+DQoNCjxzY3JpcHQgYXN5bmMgc3JjPSIvL3BhZ2VhZDIuZ29vZ2xlc3luZGljYXRpb24uY29tL3BhZ2VhZC9qcy9hZHNieWdvb2dsZS5qcyI+PC9zY3JpcHQ+DQo8IS0tIGV4YW1wbGVfcmVzcG9uc2l2ZV8zIC0tPg0KDQo8aW5zIGNsYXNzPSJhZHNieWdvb2dsZSBleGFtcGxlX3Jlc3BvbnNpdmVfNCINCiAgICAgc3R5bGU9ImRpc3BsYXk6aW5saW5lLWJsb2NrIg0KICAgICBkYXRhLWFkLWNsaWVudD0iY2EtcHViLTIwNzA4OTAyNTYzMzc3NjUiDQogICAgIGRhdGEtYWQtc2xvdD0iMzkxODM2OTIwMyI+PC9pbnM+DQo8c2NyaXB0Pg0KKGFkc2J5Z29vZ2xlID0gd2luZG93LmFkc2J5Z29vZ2xlfHwgW10pLnB1c2goe30pOw0KPC9zY3JpcHQ+PCEtLVN0aWNreSBSaWdodC0tPg0KDQoNCjxzdHlsZSA+DQouZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzIgeyB3aWR0aDogMTYwcHg7IGhlaWdodDogNjAwcHg7IHBvc2l0aW9uOmZpeGVkOyByaWdodDowOyB9DQpAbWVkaWEobWluLXdpZHRoOiAxMzQwcHgpIHsgLmV4YW1wbGVfcmVzcG9uc2l2ZV8yIHsgd2lkdGg6IDE2MHB4OyBoZWlnaHQ6IDYwMHB4OyAgcG9zaXRpb246Zml4ZWQ7IHJpZ2h0OjA7fX0NCkBtZWRpYShtaW4td2lkdGg6IDE1MDBweCkgeyAuZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzIgeyB3aWR0aDogMjQwcHg7IGhlaWdodDogNjAwcHg7ICBwb3NpdGlvbjpmaXhlZDsgcmlnaHQ6MDt9fQ0KQG1lZGlhKG1pbi13aWR0aDogMTYyMHB4KSB7IC5leGFtcGxlX3Jlc3BvbnNpdmVfMiB7IHdpZHRoOiAzMDBweDsgaGVpZ2h0OiA2MDBweDsgIHBvc2l0aW9uOmZpeGVkOyByaWdodDowO319DQo8L3N0eWxlPg0KPHNjcmlwdCBhc3luYyBzcmM9Ii8vcGFnZWFkMi5nb29nbGVzeW5kaWNhdGlvbi5jb20vcGFnZWFkL2pzL2Fkc2J5Z29vZ2xlLmpzIj48L3NjcmlwdD4NCjwhLS0gZXhhbXBsZV9yZXNwb25zaXZlXzIgLS0+DQo8aW5zIGNsYXNzPSJhZHNieWdvb2dsZSBleGFtcGxlX3Jlc3BvbnNpdmVfMiINCiAgICAgc3R5bGU9ImRpc3BsYXk6aW5saW5lLWJsb2NrIg0KICAgICBkYXRhLWFkLWNsaWVudD0iY2EtcHViLTIwNzA4OTAyNTYzMzc3NjUiDQogICAgIGRhdGEtYWQtc2xvdD0iMzM0MDc0OTY4MyI+PC9pbnM+DQo8c2NyaXB0Pg0KKGFkc2J5Z29vZ2xlID0gd2luZG93LmFkc2J5Z29vZ2xlfHwgW10pLnB1c2goe30pOw0KPC9zY3JpcHQ+
PHNjcmlwdCBkYXRhLW91dHN0cmVhbS1pZD0iMTI0OSINCmRhdGEtb3V0c3RyZWFtLWZvcm1hdD0iZnVsbHNjcmVlbiIgZGF0YS1vdXRzdHJlYW0tc2l0ZV9pZD0iU1RCX0Z1bGxzY3JlZW4iIGRhdGEtb3V0c3RyZWFtLWNvbnRlbnRfaWQ9ImVrc3RyYXNlbnMuc3RiLnVhIiBzcmM9Ii8vcGxheWVyLnZlcnRhbWVkaWEuY29tL291dHN0cmVhbS11bml0LzIuMDEvb3V0c3RyZWFtLXVuaXQubWluLmpzIj48L3NjcmlwdD4=

Екатерина Безвершенко: Искренность пациента – ключ к выздоровлению

Я соромлюсь свого тіла

В четверг, 1 февраля, зрители канала СТБ увидят первый выпуск пятого сезона «Я соромлюсь свого тіла» – проекта, который спасает жизни и меняет судьбы. Как украинские врачи творят чудеса и почему это невозможно без доверия пациента, рассказала дерматовенеролог и врач телепередачи Екатерина Безвершенко.

катя2

Есть ли какие-то отличия пятого сезона от остальных?

С моей точки зрения, основное отличие в том, что от сезона к сезону пациенты у нас все сложнее и сложнее. Задачи, которые перед нами ставят, – все более нестандартные. Ну и, конечно, эксперименты (улыбается. – Прим. ред.). Мне кажется, фантазия нашей команды просто безгранична касаемо того, что можно рассказать и показать людям о здоровье. В каждом сезоне мы с коллегами проверяем на собственном опыте что-то новое. Свежие выпуски не станут исключением: будет интересно, весело и даже экстремально. Вот как раз на днях проверяли мой вестибулярный аппарат очень, скажем так, нетрадиционным способом…

Екатерина, вы в проекте с момента его создания. Сталкиваетесь ли по-прежнему с какими-то трудностями во время съемок? Например, ранее вы говорили, что тяжелее всего вам даются эксперименты.

Я бы не сказала, что мне полностью удалось это перебороть. В экспериментах для меня до сих пор самое сложное – взаимодействие с прохожими, «выход в народ». Вопросы, которые мы задаем, порой довольно провокационные, интимные и не совсем приличные в широком смысле этого слова. Чтобы общаться на такие «неудобные» темы, приходится побеждать свои внутренние комплексы. А вот к экспериментам на себе я уже привыкла. Теперь спокойнее отношусь к тому, что некоторые, возможно, не очень приятные, вещи приходится испытывать лично. На самом деле, это не так уж страшно (смеется. – Прим. ред.).

NF8A9387

Удается вообще достучаться до жителей нашей страны? Изменилось ли отношение украинцев к собственному здоровью с популяризацией проекта?

Обращаться в «Я соромлюсь свого тіла» стали больше – это факт. Но показательным является не количество анкет, а отзывы и благодарности моих коллег, врачей разных профилей, за то, что люди стали внимательнее к себе. В такие моменты я понимаю, что проект существует не зря и действительно влияет на умы украинцев в отношении здоровья. Мне часто говорят знакомые врачи, что пациентов стало больше, и многие из них обращаются как раз после просмотра наших сюжетов. Еще один большой плюс – в профилактическом влиянии, которое оказывает проект. Ведь профилактическое обучение исчезло со времен Советского Союза: люди черпают информацию в основном от друзей или из интернета. Эту работу по профилактике взвалили на себя мы. И главное – эффект есть.

Сложно отказывать пациентам? Ведь при всем желании вы не можете помочь абсолютно каждому.

Далеко не всегда заявки на участие приходят от людей, которые реально нуждаются в помощи. Кроме того, часто проблема не настолько существенна, как это может казаться человеку, и нашего безотлагательного вмешательства не требует. Не все способны трезво оценить состояние своего здоровья. Нередко на кастинг приходят люди, которые до этого даже не попытались сходить на прием к обычному врачу и пройти элементарную диагностику. Другое дело, если речь идет о пациентах настолько тяжелых, что мы понимаем: полностью излечить человека невозможно. Это единичные случаи, но такое тоже случается. Очень непросто говорить «нет» тому, для кого проект, возможно, был последней надеждой. К сожалению, это часть работы любого врача.

Как часто в пятом сезоне приходилось прибегать к помощи иностранных специалистов?

Приходилось, но не больше, чем ранее. Основная масса пациентов все же проходит лечение в родной стране. Мне приятно, когда мы ищем специалистов за рубежом, а потом выясняется, что аналогичную помощь можно получить в Украине. Яркий пример – Ваня Павлюк с редким заболеванием Олье. Поиски врача, готового взяться за лечение столь сложного пациента, длились долго, но в результате вся помощь ему оказывается в нашей стране. Недавно была проведена еще одна операция. Ване уже подобрали протезы украинского производства и активно работают в этом направлении. Лишний раз можно убедиться: очень многое реально и без помощи зарубежных коллег. Я считаю, что в нашей стране достаточно специалистов высочайшего класса, врачей с широким клиническим мышлением.

Читайте также: Самому тяжелому пациенту за все сезоны ампутировали руку

BD9B1738

Можете выделить одного пациента, работать с которым было сложнее всего?

Наверное, наиболее сложным морально для меня стал Андрей Зюлин, который обратился к нам в четвертом сезоне со множественными переломами челюсти. Лечение ему не помогало, а он продолжал отрицать наличие наркотической зависимости. В медицинском плане его проблема была вполне решаема, но помогать человеку, который обманывает, очень трудно психологически. Только взаимное доверие между врачом и пациентом делает возможным успех лечения. Если же больной с тобой нечестен, ты вынужден либо уличить его в этой лжи, либо верить, но ошибаться. К счастью, в новых выпусках вы увидите продолжение этой истории. Могу сказать, что проект стал для Андрея спасением во всех смыслах: он переборол себя и обрел заново семью.

Участие в проекте мотивирует героев к переоценке ценностей?

Совершенно верно. Пациентам, которые рано или поздно нам открываются, тем, с кем у нас складываются отношения, удается не просто выздороветь, но и кардинально изменить жизнь в лучшую сторону. Причем во всех сферах – работы, семьи, личной жизни. Вот, например, в этом сезоне у нас как раз будет несколько свадеб наших пациентов (улыбается. – Прим. ред.). Когда герой проекта искренен с врачами, взаимодействовать и добиваться качественного результата гораздо легче.

Были ли те, кто в процессе съемок отказался от помощи?

Да. У нас было несколько случаев, когда отказывались еще на первом этапе – прямо на кастинге. Бывало, что пациент решал прекратить уже начатое лечение по каким-то личным соображениям. Ну и, конечно, если человек не посещал консультации специалиста, не следовал нашим рекомендациям и назначениям врача, приходилось отказывать самим. К счастью, это редкость.

IX2B9793

Что вы посоветуете тем, кто не может набраться смелости обратиться в проект?

Взять себя в руки и заполнить анкету в интернете. Зачастую людей останавливает страх публичности – телевидение, камеры, съемки. Но, как показывает практика прошлых сезонов, пациенты, которые переживали больше всего и боялись негативной реакции общества, по итогу находили с этим обществом взаимопонимание и уважение. Они стали героями для своих друзей и близких. Те, кого пугает огласка, должны осознавать, что реакция широкой публики на показанное в «Я соромлюсь свого тіла» вызывает сопереживание зрителей, а не осуждение. Более того, для многих участие в программе – реальный шанс получить помощь, на которую они не могут рассчитывать в обычной жизни. Если вы столкнулись с такой проблемой, нужно стучаться во все двери, и наш проект – одна из таких дверей. Сомнений быть не должно.

Автор: Ирина Лебедева

Читайте также: Людмила Шупенюк: Я была уверена, что на проекте меня уже ничем не удивить

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: